В каком году было восстание спартака древний рим. Книга «Спартак» Рафаэлло Джованьоли — о восстании Спартака в древнем Риме

Биография Спартака, или История восстания в Древнем Риме. В каком году было восстание спартака древний рим


Биография Спартака, или История восстания в Древнем Риме — журнал "Рутвет"

Оглавление:

  1. Имя Спартака в современном мире
  2. Происхождение Спартака
  3. Спартак — гладиатор
  4. Восстание рабов в Древнем Риме
  5. Хронология жизни Спартака
  6. Роль войны повстанцев в истории Италии

Спартак — яркий и выдающийся деятель периода греко-римской эпохи, который вписал в историю античных времён блестящие и в то же время драматические страницы. Этот персонаж — незаурядный организатор и талантливый полководец, харизматический лидер, сумевший сплотить возле себя огромное количество людей различных национальностей, и от их имени бросил вызов сенаторам и римскому народу. Римское рабовладельческое общество утеряло свои прежние устои под влиянием движения, которое создал Спартак. Его биография, история жизни вызывает интерес у многих современных людей и в настоящие дни.

Однако об этом легендарном герое известно очень мало. Так, современность практически ничего не знает о его месте рождения, родителях и возрасте, в котором он умер. Точные обстоятельства смерти также неизвестны. Согласно одной из версий, Спартака казнили, а другая версия предполагает, что он погиб в бою.

Однако, несмотря на то, что относительно его биографии практически ничего не известно, на протяжении очень долгого времени личность Спартака не теряет своей популярности.

Имя Спартака в современном мире

Вождь рабов, ставший символом мужества, силы, борьбы за свободу, этот герой в настоящее время описан в многочисленных музыкальных и литературных произведениях, о Спартаке снято большое количество кинофильмов. Так, например, его историю пересказывали следующие писатели и поэты:

  • Рафаэлло Джованьоли
  • Артур Кёстлер
  • Галина Рудничка
  • Льюис Грассик Гиббон
  • Говард Фаст
  • Валентина Лескова
  • Тодор Харманджиев
  • Михаил Казовский и другие

Как видно, о Спартаке писали авторы многих стран: Италии, Польши, Шотландии, и, конечно же, советские и российские литераторы.

Именем этого Героя названы улицы, существуют постановки балетов и мюзиклов с названием «Спартак», его образ вдохновлял революционеров. Кроме этого, имя Спартака носят многие спортивные организации, общества, стадионы.

Происхождение Спартака

Где же родился Спартак? Биография, описанная древними историками, указывает, что родина его — Фракия (Болгария). Предполагается, что родился он в городе Сандански, находящийся в окружении Родопских гор, неподалёку от границы с Югославией. В этой местности в 1 веке до нашей эры находилась столица племени Спартака — Медон.

Меды были известны как крупное и сильное племя, культура которых во многом была схожей с культурой греков. Сами меды считали, что они произошли от легендарной Медеи, сын которой, Мед, согласно преданиям, правил только зародившимся народом медов.

Видео о биографии Спартака

Предполагается, что Спартак имеет аристократические корни, поскольку его имя созвучно с названием царского рода — Спартокиды. К тому же, сложно было не заметить его обаяние, властную силу, которая присуща личностям, привыкшим находиться в высших кругах общества. Кроме того, судя по уверенности, с которой этот легендарный герой руководил своей многочисленной армией, также можно предположить, что он принадлежал к знатному роду.

Известно, что фракийцы славились своей воинственностью. Кроме того, что они занимались бесконечными межплеменными войнами, фракийцы также являлись крупными поставщиками наёмников для иностранных армий. Как правило, такие народы считали единственно достойной карьерой для мужчины военное дело. Поэтому уже с 18 лет Спартак был военнослужащим римской армии, которой в то время не было равных. Там молодой воин набирался опыта и знаний, которые ему со временем очень пригодились. Однако, прослужив некоторое время, он дезертировал и вернулся во Фракию, где началась война с римлянами.

Спартак — гладиатор

Этому легендарному герою пришлось познакомиться со всеми сторонами военного дела, познавая как радости побед, так и горести плена. Спартак дважды побывал в рабстве у римлян. Один раз он бежал и присоединился к разбойничьей шайке, которая действовала в то время на территории Италии. Когда он попал в плен во второй раз, его продали в школу Батиата, где он развлекал публику в гладиаторских боях. Благодаря своей физической силе он приобрел огромную славу и был всем известен как гладиатор Спартак. Биография его местами неизвестна, однако, период, когда он бежал из плена, описан довольно подробно.

В древние времена в Риме ссылали в гладиаторы в качестве отстроченного варианта смертной казни. Как правило, все гладиаторы, сражавшиеся на аренах, были рабами — галлами и фракийцами. Эти народы всегда отличались воинственным и непокорным нравом. Многие из таких рабов-гладиаторов являлись военнопленными, совсем недавно расставшимися со свободой, и непривыкшими к рабству. Спартак, являясь прирождённым лидером и организатором, очень быстро стал среди них вождём.

Восстание рабов в Древнем Риме

Гладиаторы готовили мятеж, однако, их заговор раскрылся, и чтобы спасти свои жизни, им пришлось совершить побег, напав на охранников и сломав двери школы. Таким образом, Спартак со своим маленьким отрядом, численность которого составила 78 человек, бежал из города и укрылся в вершине горы Везувий (в то время считали, что этот вулкан давно угас). Вершина Везувия послужила беглецам довольно удобным укреплением, где они провели какое-то время, пока к отряду Спартака не примкнули остальные участники заговора из других гладиаторских школ.

Во время побега отряд Спартака встретил обоз с оружием, который направлялся в гладиаторские школы. Восставшие завладели оружием, решив таким образом проблему вооружения людей. Эта проблема была серьёзным препятствием для армии восставших рабов во время войны. Так, известно, что спартаковцы сражались заострёнными кольями, которые наносили почти такой же вред, как и железные. Позже, в ходе военных действий, армия повстанцев получила возможность достойно вооружиться.

Благодаря постоянному присоединению беглых рабов, Спартаку удалось создать армию, численность которой составила 120 000 человек. Многие историки считают, что секрет его успеха заключался в том, что этот талантливый организатор смог создать войско по образцу римской армии, не допустив превращения большого скопления пёстрого разноплеменного сборища в огромную разбойничью шайку.

Видео о биографии гладиатора Спартака

Конечно, люди Спартака бесчинствовали во время набегов на богатые города и имения, но он не мог повлиять на поступки разношерстной толпы рабов. Тем более что единственной материальной базой армии служили грабежи богатых рабовладельцев.

Войско повстанцев на протяжении трех лет вело успешные бои с римскими легионами, одержав многочисленные победы и вселив на недолгое время надежду и веру в свободную жизнь многим рабам.

Большую роль в поражении армии сыграли раскольнические настроения несогласных с действиями вождя командиров, которые, в результате отделения от общего войска, разбивались римлянами.

В 71 году до нашей эры произошло финальное сражение, в ходе которого Спартак был серьёзно ранен, а затем убит противником. Рабов-спартаковцев, попавших в плен, распяли на крестах. Шесть тысяч распятых протянулись вдоль дороги из Капуи в Рим, создав ужасную картину, напоминающую об этой неудавшейся освободительной войне повстанцев за свободу.

Хронология жизни Спартака

Биография Спартака, вождя массового восстания гладиаторов и рабов в Древнем Риме:

Приблизительно 120 год до н.э. — рождение

102 год до н. э. — военная служба в Македонии

100 год — дезертировал из армии

98 год — несение военной службы у Митридата

89 год — участие в Митридатовой войне, плен

89 год — продан в рабство, служба пастухом

82-76 гг. — служба в гладиаторской школе, обретение свободы, преподаёт гладиаторское искусство

76 год — формирует заговор среди гладиаторов для освобождения их и рабов

74 год — раскрытие заговора, побег гладиаторов на Везувий. Подготовка к войне

73 год — начало войны

72 год — военные действия, многочисленные победы армии Спартака

71 год — гибель в сражении

Роль войны повстанцев в истории Италии

Эта война повстанцев не смогла оказать большого влияния на дальнейшее развитие римской истории. Она, как и всякий бунт, была иррациональной, стихийной. Восстание Спартака произошло в неспокойное для Италии время, когда на пороге больших перемен всколыхнулись все слои общества. В какой-то момент война достигла высочайшей точки, приведя страну в трепет своей разрушительной силой и потерпев, однако, неизбежное поражение. В памяти народа на долгие годы остался вождь, который поднял рабов на борьбу за свободу — Спартак. Его имя, биография, гибель стали живой легендой в жизни современного общества.

Как Вы относитесь к такой исторической фигуре, как гладиатор Спартак? Поделитесь своим мнением в комментариях.

www.rutvet.ru

Восстание Спартака - Древний Рим

 

 В 73 г. до н. э. Римскую империю сотрясло самое масштабное за его историю восстание рабов. Возглавлял его раб-гладиатор Спартак. Эпицентр восстания находился в городе Капуе, где чуть более полусотни беглых гладиаторов заняли гору Везувий.

  Количество мятежников стремительно росло. Харизматичный предводитель гладиаторов смог привлечь в свои ряды не только беглых рабов, но и пастухов из окрестности.

 Римские власти не сразу оценили масштаб восстания, посчитав его вспышкой преступлений среди рабов (это в империи не было редкостью). На подавление был выслан небольшой отряд из Капуи, который гладиаторы успешно истребили. В руки попало настоящее боевое оружие, которым они с огромным удовольствием заменили ненавистное вооружение гладиаторов.

Успех бывших гладиаторов вызвал недоумение и беспокойство в Риме. На этот раз для подавления мятежа снарядили трёхтысячный отряд во главе претора Гая Клодия.

 Осторожный претор не решился с ходу атаковать Спартака. Он заблокировал восставших, перекрыв дорогу, ведущую на Везувий – благо, она была единственной. Осажденные мятежники теперь не могли рассчитывать на помощь. Кроме того, они были отрезаны от источников продовольствия и воды.

  Но не таков был Спартак, чтобы сидеть, заблокированный легионерами, на вершине вулкане. Под покровом ночи беглецы спустились с неприступных, как считали римляне, круч вулкана по сплетенным лозам дикого винограда и стремительно атаковали противника. Не ожидавшие такого поворота событий римляне были обращены в бегство.

  Весть о непобедимом Спартаке стремительно распространялась по окрестностям Капуи, вызвав воодушевление среди рабов. Армия Спартака с каждым днем стремительно росла – к нему присоединились рабы из окрестных поместий, обездоленные крестьяне, бойцы из многочисленных гладиаторских школ. Все они вооружались и проходили минимальный курс военной подготовки. Было организовано производство оружия.  

  Сенат, осознав опасность ситуации, направил против мятежников сразу две армии под предводительством консулов Люция Геллия и Гнея Корнелия Лентула.

  Им противостояла уже не горстка мятежников, а организованная армия численностью 70 тысяч человек. Была даже конница.

Армия Спартака стремительно продвигалась по Адриатическому побережью в Северную Италию. Пунктом назначения были страны, откуда были родом бывшие рабы – Италия, Германия, Галлия, Фракия.

  Консульские армии попытались преградить путь восставшим. Однако Спартак в стремительном броске разгромил поочередно каждую из них.  

  Осознав катастрофичность ситуации, сенат судорожно искал выход из кризиса. Для решения проблемы был приглашен видный полководец Марк Лициний Красс. В случае подавления восстания напуганные сенаторы пообещали сделать его самым богатым человеком в империи. Красс согласился.

  Восставшим он противопоставил восемь легионов численностью 40-50 тысяч человек. Легионеры Красса были скованы железной дисциплиной и прекрасно обучены - полководец был известен своей суровостью, если не сказать жестокостью, и требовал от своих солдат идеальной дисциплины.

  В 71 г. до н. э. восставшие по Адриатическому побережью прошли в Южную Италию. Решив пополнить потрепанное войско, Спартак задумал переправиться в Сицилию: рекрутов там было в достатке. Однако планам Спартака не суждено было сбыться - пираты нарушили договор и обманули его. Армия восставших оказалась в самом узком месте Южной Италии.

  Этим не преминул воспользоваться Красс, решивший отрезать рабов от остальной Италии.  По его приказу легионеры проделали титаническую работу – был вырыт ров от моря до моря длиной около 55 км, шириной и глубиной 5 м. Но Спартаку удалось выбраться из ловушки: в одну из ночей, засыпав часть рва, его войско осуществило прорыв. Прорыв дорого стоил Спартаку – в ходе боя он потерял почти половину своего войска. Осуществив прорыв, Спартак вывел главные силы своей армии к порту Брундизий, видимо, намереваясь покинуть Италию. В решающей битве с Крассом, получившим помощь от Гнея Помпея и Марка Лукулла, осенью 71 г. до н. э. в Лукании, на реке Силариус, армия Спартака была разгромлена. Сам Спартак, сражавшийся как простой легионер, пал на поле боя. К 63 г. до н. э. последние очаги восстания были подавлены. 6 тысяч оставшихся в живых рабов были захвачены легионами Красса. Все эти заключенные были распяты вдоль Аппиевой дороги, ведущей в Рим.

  С тех пор и по сей день Спартак является символом свободы и стойкости духа.

onhistory.ru

Восстание Спартака

Одной из великих войн Римской империи и ее легионов, а также из наиболее запоминающейся в современной культуре и мире является восстание Спартака и гладиаторов в 73–71 гг. до н. э.

Сегодня очень мало известно о Спартаке. Многие историки считают, что Спартак был фракийского происхождения и родился в 109 году до н. э. Будучи мальчиком, в возрасте 12 лет, он был продан в рабство вместе со своей матерью. В течение многих лет он работал в шахте, прежде чем его купил Лентул Батиат. Спартак обучался в гладиаторской школе неподалеку от Капуи, которая принадлежала Батиату. Во время обучения Спартак, будучи заключенным рабом, вместе с другими гладиаторами планировали побег.

В то время многие богачи Древнего Рима порабощали людей и использовали их в качестве бесплатной рабочей силы, или как Спартака и многих других гладиаторов – для развлечения. Поэтому считается, что Спартак, как никто другой воздействовал на ход восстания.

В 73 году до н. э. человек по имени Красс прибыл в Капуи для того, чтобы посетить гладиаторские бои. Как раз в это время проходил бой между гладиатором по имени Дианус и Спартаком. Вместо того, чтобы сражаться со Спартаком, Дианус попытался напасть на Красса, но был убит охранниками. После его смерти Красс купил в рабство Варинию, любимую женщину Спартака. Узнав об этом, Спартак набросился на своего тренера и убил его. Он был настолько разъярен, что объединил гладиаторов и напал с ними на стражу. Из-за недостатка оружия многие гладиаторы и рабы вооружились различной, подходящей для обороны, кухонной утварью и продолжили сражаться ради освобождения. Во время побега из гладиаторской школы, они прихватили с собой несколько повозок, заполненных оружием и доспехами. Многие рабы присоединялись к сбежавшим гладиаторам, с целью создать армию. Рабы захватывали своих хозяев и заставляли их драться и убивать друг друга. После побега из школы небольшая армия гладиаторов выбрала Спартака и двух рабов – Крикса и Эномая, быть их лидерами.

Образовавшаяся небольшая армия сразу двинулась грабить, занялась мародерством в сельских местностях. Об это по всему Риму стала распространяться молва. Многие рабы, которые трудились на фермах и выполняли тяжелый труд, бежали от своих хозяев и присоединялись к армии Спартака. Даже многие свободные люди стали вступать в ряды повстанцев.

Древний Рим отреагировал на растущую угрозу медлительно и неэффективно, направив малочисленный отряд плохо обученных солдат остановить восстание. Спартак и его войско рабов разгромили брошенный против них отряд и заняли оборонительную позицию на вершине вулкана Везувия (это было за 100 лет до его извержения). За короткое время армия Спартака стала насчитывать десятки тысяч человек и продолжала стремительно расти. Долгое время Рим бездействовал, наблюдая победы Спартака и восставших рабов, не смотря на то, что это была всего лишь группа вооруженных крестьян, которая могла быть подавлена великой силой римской армии. Однако, Рим так и не проявил особого беспокойства из-за неудачи своих войск у Везувия.

Восстание Спартака

Одной из причин, такой реакции Рима на восстание Спартака было то, что римские легионы на тот момент уже участвовали в подавлении восстания в Испании. Кроме того, римляне думали о восстании Спартака как о незначительной угрозе. Тем не менее, император послал легионеров под командованием претора Гая Клавдия Глабра к лагерю Спартака и его гладиаторов. Солдаты Глабра окружили лагерь, надеясь, что армия рабов будет вынуждена сдаться из-за голода. Однако повстанцы напали на римских солдат, застав их врасплох. А именно, Спартак и его люди свили веревки из виноградной лозы, спустились, с их помощью, с вершины вулкана и напали с тыла на не защищенный римский лагерь, убив при этом большую часть отряда. Наряду с этой победой, восставшие одержали еще одну победу над римскими легионерами. После таких успехов к восстанию присоединялось все больше рабов. И со временем армия Спартака стала насчитывать почти 70 тысяч человек. Она была разделена на две группы, одну из которых возглавлял сам Спартак, а другую Крикс.

Спартак проявил себя отличным тактиком. Однако, большая часть его армии не имела военной подготовки, поэтому в зимнее время гладиаторы обучали рабов военному делу. Для того, чтобы обеспечивать свою армию едой и оружием, Спартак старался завоевывать все новые и новые города. В сражениях с римскими войсками рабы проявляли все свое мужество и отвагу.

Весной 72 года до н. э. Спартак и его армия покинули свой зимний лагерь и двинулись на север завоевывать новые территории. Сенат был встревожен продолжительными поражениями своих преторианских войск. Было принято решение отправить пару лучших легионов под командованием Луция Геллия Публиколы и Гнея Корнелия Клодиана. Римским легионам удалось захватить отряд Крикса, состоящий из 30 тысяч рабов, но после этого они были разбиты отрядом Спартака.

Римский сенат был крайне обеспокоен видимой непобедимостью повстанческой армией. Они пообещали Маркусу Лициниусу Крассу сделать его самым богатым человеком в Риме за то, что он остановит восстание Спартака. Красс согласился и был назначен сенатом возглавлять восемь римских легионов, состоящих приблизительно из 40-50 тысяч обученных римских солдат. Красс относился к своим легионерам с особой суровостью, иногда даже жестокостью, и требовал от них жесткой дисциплины.

По неизвестным причинам армия Спартака отступила на юг Италии, но уже в начале 71 года до н. э. они вернулись обратно на север. Красс, узнав о передвижении Спартака, разместил шесть своих легионов на границах области, куда возвращались Спартак и его армия. Также Красс послал два других своих легиона следовать за Спартаком, которые не должны были вступать в сражение с повстанцами, а только преследовать их. Но приказ был нарушен, и произошла битва. Победу, в которой одержал Спартак, но из-за больших потерь он был вынужден отступить на юг.

В конце 71 года до н. э. армия Спартака разбила лагерь возле Регии, неподалеку от Мессинского пролива. По словам древнего философа Плутарха, Спартак заключил сделку с киликийскими пиратами, чтобы они доставили его и еще две тысячи повстанцев на Сицилию. Там он собирался также спровоцировать восстание рабов, тем самым пополнить свою армию новобранцами. Однако пираты предали его.

Финальная битва, которая послужила падению восстания Спартака, проходила на территории Сенеркии, на правом берегу реки Селе, который в то время был частью Лукании. В настоящее время археологи на этой территории нашли много доспехов и оружия, которое использовалось в финальной битве. В последней битве Спартак был убит, но его тело так и не было найдено. Вместе с гибелью лидера восстания, шесть тысяч оставшихся в живых рабов, были захвачены легионами Красса. Все эти заключенные были распяты вдоль Аппиевой дороги, ведущей в Рим.

С древних времен и по сей день, Спартак является символом свободы.

vse-lekcii.ru

Восстание Спартака. История Рима

Восстание Спартака

В конце 70-х гг. внутреннее положение Италии было крайне напряжен­ным. Неудачная попытка Лепида свергнуть господство сулланцев еще бо­лее обострила противоречия. Самым революционным элементом в этот момент являлись рабы. В то время как италийская низовая демократия, испытавшая в предыдущие годы ряд тяжелых поражений, была уже в зна­чительной степени ослаблена, многочисленные рабы Италии до сих пор еще не выступали самостоятельно. Отдельные вспышки, о которых мы упо­минали выше, имели локальный характер и быстро подавлялись. С другой стороны, в течение 80-х годов рабы систематически втягивались в выступ­ления италийской демократии, — в частности, в восстание италиков и в марианское движение. Это служило для них прекрасной школой полити­ческого воспитания: рабы видели, что в конце концов они служили только орудием в руках отдельных фракций господствующего класса. Классовое сознание италийских рабов возростало. Наиболее развитые и смелые из них пришли к мысли, что только собственными силами они смогут до­биться освобождения. Такова была обстановка и предпосылки самого круп­ного восстания античных рабов, какое только знает история

Источники по истории спартаковского движения крайне скудны. Это несколько страниц в «Гражданских войнах» Аппиана и в плутарховой био­графии Красса. Основной источник — «История» Саллюстия — почти целиком потерян. Другие источники (периохи 95—97-й книг Ливия, Флор, Орозий, Веллей Патеркул и др.) слишком кратки или не имеют самостоя­тельного значения. Поэтому историю движения Спартака можно восста­новить только в самых общих чертах, и на многие основные вопросы мы не в состоянии ответить.

В частности, нам почти не известна биография Спартака. Мы знаем, что он происходил из Фракии. Из беглых указаний Аппиана и Флора мож­но заключить, что Спартак служил раньше в римских вспомогательных войсках и за дезертирство был продан в рабство. Благодаря своей физи­ческой силе он попал в гладиаторы. Источники подчеркивают образован­ность, ум и гуманность Спартака.

В 73 г.[293] мы застаем его в Капуе, в одной из гладиаторских школ. В нача­ле лета около 200 гладиаторов составили заговор, который, по-видимому, был раскрыт. Однако человек 60—70 вырвались из школы и, вооруженные чем попало, бежали из города. Во главе их стояли Спартак и галлы Крикс и Эномай. По дороге беглецы захватили транспорт с гладиаторским оружи­ем. Они ушли на Везувий и стали делать оттуда набеги на окрестности.

Отряд Спартака быстро увеличивался за счет беглых рабов и батраков из соседних имений. Большую агитационную роль играло то обстоятель­ство, что Спартак делил добычу поровну между всеми.

В первое время римские власти не придали большого значения этому инциденту, так как аналогичные случаи нередко происходили в Италии. Маленький отряд, посланный из Капуи, был разбит. Наконец-то в руки рабов попало настоящее оружие, на которое они с восторгом переменили ненавистное вооружение гладиаторов. В Риме начали беспокоиться. Про­тив Спартака выслали отряд в 3 тыс. человек под командой пропретора Гая Клодия. Не желая тратить силы на штурм Везувия, Клодий располо­жился лагерем у подножия горы в том месте, где находился единственный удобный спуск с вершины. Но Спартак перехитрил римлян. Из лоз дикого винограда беглецы сплели канаты, с помощью которых спустились по от­весным склонам горы и неожиданно напали на Клодия. Римляне обрати­лись в бегство, а их лагерь достался рабам.

Эта была первая крупная победа Спартака, за которой скоро последо­вали и другие. Осенью в Кампанию направили претора Публия Вариния с двумя легионами. Войска у него были не первоклассные. Спартак пооче­редно разбил обоих легатов Вариния, а затем и его самого, причем даже захватил ликторов претора и его коня.

Эти события оказались решающим моментом в ходе восстания. Оно охватило теперь почти весь юг полуострова: Кампанию, Луканию и, воз­можно, Апулию. Многие города были захвачены и опустошены. Саллюстий рассказывает о массовом истреблении рабовладельцев и о тех неиз­бежных жестокостях, которые совершали рабы, вырвавшиеся на свободу. Спартак пытался помешать этим ненужным эксцессам, которые только деморализовывали рабов. Всю свою энергию он направил на организацию армии и на создание в ней дисциплины.

Войско Спартака насчитывало теперь около 70 тыс. человек. Рабы спеш­но изготовляли оружие. Была организована конница.

Вставал вопрос, что же делать дальше? Можно утверждать с полной категоричностью, что в этот период у Спартака существовал определен­ный план: собрать возможно больше рабов и вывести их из Италии через Восточные Альпы. Очевидно, Спартак понимал все трудности вооружен­ной борьбы с Римом и остановился на самом реальном из всех возможных вариантов. Очутившись вне Италии, рабы тем самым становились свобод­ными и могли вернуться в свои родные места. Предполагать, что за этим планом у Спартака крылись какие-то расчеты на дальнейшее развертыва­ние борьбы, мы не имеем никаких оснований.

Римское правительство поняло, наконец, размеры опасности и двину­ло против рабов войска обоих консулов 72 г. — Луция Геллия и Гнея Кор­нелия Лентула. Как раз в этот критический момент среди восставших на­чались разногласия. Они привели к тому, что крупная часть рабов (около 20 тыс. человек) под командованием Крикса отделилась от главных сил и начала действовать самостоятельно. Помощник Геллия, претор Квинт Аррий, напал на отделившиеся войска и разбил их около горы Гаргана в Апулии. Крикс при этом погиб.

На какой почве возникли разногласия? Некоторые источники (Саллюстий, Ливий, Плутарх) говорят, что войска Крикса состояли из галлов и германцев. Если это так, то можно предположить, что разногласия стояли в связи с разнородным племенным составом восставших. Но это только одна сторона дела. Более существенную роль играли программно-такти­ческие разногласия. Крикс и его товарищи являлись сторонниками более активных наступательных действий и, по-видимому, не хотели уходить из Италии. Саллюстий в одном из фрагментов замечает: «А рабы, спорившие из-за плана дальнейших действии, были близки к междоусобной войне. Крикс и единоплеменные с ним галлы и германцы хотели идти навстречу (римлянам) и вступить с ними в бой».

Возможно, что Крикса поддерживала и та свободная беднота, которая примкнула к восстанию и которой не было никакого смысла уходить из Италии.

Раскол и поражение Крикса временно ослабили силы восстания, но не настолько, чтобы изменить планы Спартака. Искусно маневрируя в Апен­нинах, он нанес ряд поражений Лентулу, Геллию и Аррию, избежал окру­жения, которое ему подготовляли римляне, и двинулся на север.

Силы Спартака росли по мере его успехов. По словам Аппиана, его войско достигло 120 тыс. человек. Двигаясь на север, Спартак дошел до г. Мутины, под которым разбил войска проконсула Гая Кассия Лонгина, наместника Цизальпинской Галлии.

Теперь дорога к Альпам была открыта, и планы Спартака, казалось, близки к осуществлению. И в этот момент он поворачивает обратно на юг. Почему? На этот вопрос мы не найдем вполне точного ответа в источни­ках, хотя общая картина совершенно ясна. После блестящих побед Спар­така настроение в его войсках так поднялось, что об уходе из Италии в данный момент не могло быть и речи. Рабы требовали от своего вождя, чтобы он вел их на Рим, и Спартак вынужден был подчиниться. Едва ли можно допустить, чтобы с его умом и самообладанием он дал себя увлечь общему настроению и изменил свой основной план ухода из Италии. Но в эту минуту он потерял власть над своей недисциплинированной армией.

Однако на Рим Спартак все-таки не пошел. Он понимал всю невозмож­ность захватить город, который в свое время не могли взять ни Ганнибал, ни самниты. К тому же римское правительство осенью 72 г. мобилизовало для борьбы все наличные силы. Сенат приказал консулам прекратить во­енные действия против Спартака. Главнокомандующим со званием про­консула был назначен претор 72 г. М. Лициний Красс. Ему дали большую армию из 8 легионов, правда, далеко не первоклассную. Солдаты были уже заранее деморализованы той паникой, которую нагнали на римлян неслыханные успехи Спартака.

Красс, по-видимому, хотел окружить рабов на границе Пицена. Его легат Муммий, посланный в обход с двумя легионами, напал на Спартака вопреки приказу Красса и был разбит. Многие солдаты, побросав оружие, бежали. Это дало возможность Спартаку прорваться на юг.

Красс решил суровыми мерами восстановить дисциплину в своих вой­сках. По отношению к бежавшим он применил децимацию, старинное на­казание, давно уже не употреблявшееся в римской армии: каждый деся­тый был казнен.

Спартак между тем уходил через Луканию в Бруттий. На некоторое время он остановился в г. Фуриях и его окрестностях. Сюда к рабам яви­лось много купцов, скупавших у них награбленную добычу. Спартак за­претил своим брать от скупщиков золото и серебро. Рабы должны были менять добычу только на железо и медь, нужные им для изготовления ору­жия.

Красс двигался следом за Спартаком. У последнего появился новый план: перебросить часть своих войск в Сицилию и «возобновить войну си­цилийских рабов, только недавно погасшую и требовавшую немного го­рючего материала, чтобы снова вспыхнуть»[294]. Он сговорился с пиратами, обещавшими доставить ему транспортные средства. Однако пираты обма­нули его, по-видимому, подкупленные наместником Сицилии Верресом. К тому же берега острова усиленно охранялись. Попытка переправиться через пролив на плотах из бревен и бочек потерпела неудачу.

Пока Спартак тщетно старался проникнуть на Сицилию, с севера по­дошел Красс. Он решил воспользоваться характером местности и запе­реть рабов на южной оконечности полуострова. Для этой цели он постро­ил «от моря до моря» укрепленную линию длиной в 300 стадий (около 55 км), состоявшую из глубокого и широкого рва и вала. Первая попытка прорваться окончилась неудачей. Но затем в одну бурную и снежную ночь (зима 72/71 г.) Спартаку удалось искусным маневром форсировать укреп­ленную линию. Он снова очутился в Лукании.

Красс отчаялся собственными силами справиться с восстанием и по­требовал помощи. Сенат отправил приказ Помпею, покончившему с серторианцами, ускорить возвращение в Италию. Другое распоряжение было послано Марку Лицинию Лукуллу в Македонию, чтобы он высадился в Брундизии. Вокруг Спартака начало суживаться кольцо правительствен­ных войск. И снова в этот решительный момент, как полтора года назад, среди рабов обострились разногласия. Опять от главных сил отделились галлы и германцы во главе со своими вождями Кастом и Ганником. Отде­лившиеся были разбиты Крассом.

Если в начале восстания гибель отряда Крикса не оказала большого влияния на дальнейшие события, то теперь положение было иным. Основ­ные резервы рабов, могущих примкнуть к движению, были исчерпаны, и восстание шло к концу. При этих условиях гибель нескольких десятков тысяч бойцов могла сыграть роковую роль.

Спартак бросился к Брундизию. Хотел ли он таким путем переправиться на Балканский полуостров и осуществить свой старый план? Едва ли он мог всерьез надеяться на это. Если ему не удалось найти средств для пере­правы через узкий Мессанский пролив, то какие надежды он мог питать на переправу через Адриатическое море? И все-таки Спартак хотел попы­таться, вопреки доводам рассудка. Ведь другие пути все равно были для него закрыты. Но когда он подошел к Брундизию, то узнал, что там уже находится Лукулл. Тогда Спартак повернул обратно и пошел навстречу Крассу.

Весной 71 г. в Апулии произошла последняя битва. Рабы сражались с мужеством отчаяния. 60 тыс. их во главе со Спартаком пали[295]. Тела Спар­така не удалось найти. Римляне потеряли только 1 тыс. человек. 6 тыс. рабов, попавших в плен, были распяты на крестах вдоль дороги, ведущей из Капуи в Рим. Но еще долго на юге отдельные группы, скрывшиеся в горах, продолжали бороться против римских войск. Часть рабов бежала к пиратам. Крупному отряду в 5 тыс. человек удалось пробиться на север. Там их встретил Помпей и всех до одного уничтожил.

Спартак был талантливым организатором и крупным полководцем. Из восставших рабов он организовал образцовую для того времени армию, силы которой непрерывно росли в процессе борьбы. Вос­стание рабов под руководством Спартака отличается от других вос­станий рабов не только своей организованностью, но и исключи­тельной мобилизацией всех возможностей. В составе армии рабов были все рода войск того времени: тяжелая и легкая пехота и кон­ница. Вооружение рабов немногим уступало вооружению римских легионеров. Армия восставших рабов обучалась ведению боя. Спар­так стремился не восстанавливать против восставших мирное на­селение. Все необходимое для армии, взятое у населения, оплачи­валось. Такая политика обеспечивала Спартаку более или менее надежный тыл. Стратегия армии рабов отличалась смелостью и решительностью. Рабы действовали, как правило, наступательно, не упуская инициа­тивы из своих рук, били врага по частям, сосредоточивая в каждом случае против него превосходящие силы. Каждое боевое предприя­тие тщательно подготавливалось. Спартак всегда стремился пора­зить противника внезапно. В техническом отношении восставшие действовали также наступательно. Особенно большой интерес пред­ставляет прорыв ими укрепленной линии врага.

Так закончилось это восстание, которое в течение 18 месяцев[296] потря­сало Италию. Несмотря на свои огромные масштабы оно было подавлено, как и все предыдущие восстания рабов. Причины его поражения лежат как в области объективно-исторических, так и в сфере субъективно-классовых моментов. Выше мы говорили, что всякое революционное движение, про­исходящее в эпоху расцвета данной общественно-экономической форма­ции, не может перерасти в революцию. Хотя в 70-х гг. I в. римская полити­ческая система уже была в значительной степени расшатана, но рабовла­дельческое общество в целом еще находилось в стадии своего процветания. До его крушения должно была пройти еще несколько столетий. Таким об­разом, движение Спартака, как и все другие восстания рабов этого перио­да, исторически было обречено на неудачу.

К этой общей причине нужно прибавить ряд моментов, связанных с характером рабов как класса. Отсутствие ясно осознанной программы, наличие тактических разногласий, пестрота этнического состава, недис­циплинированность — все это лишало движения рабов целеустремленно­сти, стойкости и единства, всего того, что необходимо для победы. Следу­ет еще отметить, что восстания рабов, как правило, не встречали поддерж­ки со стороны свободного населения. Отдельные факты перехода на сторону рабов свободной бедноты не меняют общей картины изолированности всех движений рабов этой эпохи.

Историческая обреченность восстаний рабов выступает тем яснее, что во главе их часто стояли выдающиеся личности. Особенно применимо это к Спартаку. Хотя только на два года выступил он для нас из мрака небы­тия, но и этого короткого срока было достаточно, чтобы в полной мере проявились его блестящие организаторские и военные способности, его гуманность и широкий ум. Маркс писал, что Спартак предстает в изобра­жении Аппиана «самым великолепным парнем во всей античной истории. Великий полководец... благородный характер, истинный представитель античного пролетариата» (Соч. 2-е изд., т. 30. С. 126).

Трагедия Спартака, как и многих других деятелей истории, состояла в том, что он на несколько столетий опередил свое время.

Но хотя восстание 73—71 гг. было подавлено, оно нанесло тяжелый удар рабовладельческому хозяйству Италии. В результате восстания Ита­лия потеряла не меньше 100 тыс. рабов, поля были опустошены, многие города разграблены. Напуганные рабовладельцы начали избегать покуп­ных рабов, предпочитая пользоваться рабами, рожденными в доме. Росло число вольноотпущенников. Усилилась сдача земли в аренду. Восстание Спартака явилось одной из важнейших причин того сельскохозяйственно­го кризиса, который разразился в Италии в конце Республики и который ей, в сущности, так и не удалось преодолеть.

На протяжении многих лет в советском антиковедении бытовал те­зис о «революции рабов», важнейшим звеном которой было восста­ние Спартака. Заслуга в пересмотре этой концепции принадлежит С. Л. Утченко, который подчеркивал: «Само собой разумеется, что тезис о революции рабов не может выдержать серьезной критики. Что касается косвенно вытекающих из этого тезиса рассуждений о рабах как о классе-гегемоне, о союзе с беднейшим крестьянством, то все это не что иное, как явная и ничем не оправданная модерниза­ция...

Следует также пересмотреть довольно широко распространенную точку зрения, согласно которой господствующий класс в результате выступлений рабов, и главным образом самого восстания Спартака, консолидируется с целью более решительного подавления рабов и преходит к формам «военной диктатуры»...

В восстании рабов под руководством Спартака, помимо его «локаль­но-исторического» смысла и значения, есть еще и нечто иное — не­что непреходящее, общечеловеческое и — да не испугает нас это слово — всемирно-историческое. Оно заключается, на наш взгляд, в том, что в этом великом движении угнетаемые и бесправные — пусть стихийно, пусть без «программы», пусть даже не против рабства как такового! — поднялись на борьбу за завоевание, за достижение са­мого простого и самого великого общечеловеческого идеала всех вре­мен — за свободу. Вот в этом юном, наивном, стихийном, неисто­вом порыве к свободе — вечное и непреходящее значение восстания Спартака, секрет благодарной памяти о нем потомков вплоть до на­ших дней» (Утченко С. Л. Древний Рим. События. Люди. Идеи. М., 1969. С. 64—67).

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

history.wikireading.ru

Восстание Спартака в древнем Риме. Книга Р. Джованьоли

Плутарх о восстании Спартака. Отрывок из 'Сравнительных жизнеописаний'

8.  <…> Восстание гладиаторов, известное также под названием Спартаковой войны и сопровождавшееся разграблением всей Италии, было вызвано следующими обстоятельствами.

Некий Лентул Батиат содержал в Капуе школу гладиаторов, большинство которых были родом галлы и фракийцы. Попали эти люди в школу не за какие-нибудь преступления, но исключительно из-за жестокости хозяина, насильно заставившего их учиться ремеслу гладиаторов. Двести из них сговорились бежать.

Замысел был обнаружен, но наиболее дальновидные, в числе семидесяти восьми, все же успели убежать, запасшись захваченными где-то кухонными ножами и вертелами. По пути они встретили несколько повозок, везших в другой город гладиаторское снаряжение, расхитили груз и вооружились.

Заняв затем укрепленное место, гладиаторы выбрали себе трех предводителей. Первым из них был Спартак, фракиец, происходивший из племени медов, – человек, не только отличавшийся выдающейся отвагой и физической силой, но по уму и мягкости характера стоявший выше своего положения и вообще более походивший на эллина, чем можно было ожидать от человека его племени.

Рассказывают, что однажды, когда Спартак впервые был приведен в Рим на продажу, увидели, в то время как он спал, обвившуюся вокруг его лица змею. Жена Спартака, его соплеменница, одаренная однако же даром пророчества и причастная к Дионисовым таинствам, объявила, что это знак предуготованной ему великой и грозной власти, которая приведет его к злополучному концу. Жена и теперь была с ним, сопровождая его в бегстве.

9. Прежде всего гладиаторы отбили нападение отрядов, пришедших из Капуи, и, захватив большое количество воинского снаряжения, с радостью заменили им гладиаторское оружие, которое и бросили как позорное и варварское.

После этого для борьбы с ними был послан из Рима претор Клавдий с трехтысячным отрядом. Клавдий осадил их на горе, взобраться на которую можно было только по одной узкой и чрезвычайно крутой тропинке. Единственный этот путь Клавдий приказал стеречь; со всех остальных сторон были отвесные гладкие скалы, густо заросшие сверху диким виноградом.

Нарезав подходящих для этого лоз, гладиаторы сплели из них прочные лестницы такой длины, чтобы те могли достать с верхнего края скал до подножия, и затем благополучно спустились все, кроме одного, оставшегося наверху с оружием. Когда прочие оказались внизу, он спустил к ним все оружие и, кончив это дело, благополучно спустился и сам.

Римляне этого не заметили, и гладиаторы, обойдя их с тыла, обратили пораженных неожиданностью врагов в бегство и захватили их лагерь. Тогда к ним присоединились многие из местных волопасов и овчаров – народ все крепкий и проворный. Одни из этих пастухов стали тяжеловооруженными воинами, из других гладиаторы составили отряды лазутчиков и легковооруженных.

Вторым против гладиаторов был послан претор Публий Вариний. Вступив сначала в бой с его помощником, Фурием, предводительствовавшим отрядом в три тысячи человек, гладиаторы обратили его в бегство, а затем Спартак подстерег явившегося с большими силами Коссиния, советника Вариния и его товарища по должности, в то время как он купался близ Салин, и едва не взял его в плен. Коссинию удалось спастись с величайшим трудом, Спартак же, овладев его снаряжением, стал немедленно преследовать его по пятам и после кровопролитного боя захватил его лагерь. В битве погиб и Коссиний. Вскоре Спартак, разбив в нескольких сражениях самого претора, в конце концов взял в плен его ликторов и захватил его коня.

Теперь Спартак стал уже великой и грозной силой, но как здравомыслящий человек ясно понимал, что ему все же не сломить могущества римлян, и повел свое войско к Альпам, рассчитывая перейти через горы и, таким образом, дать каждому возможность вернуться домой – иным во Фракию, другим в Галлию.

Но люди его, полагаясь на свою силу и слишком много возомнив о себе, не послушались и на пути стали опустошать Италию.

Раздражение, вызванное в сенате низким и недостойным характером восстания, уступило место страху и сознанию опасности, и сенат отправил против восставших, как на одну из труднейших и величайших войн, обоих консулов разом. Один из них, Геллий, неожиданно напав на отряд германцев, из высокомерия и заносчивости отделившихся от Спартака, уничтожил его целиком. Другой, Лентул, с большими силами окружил самого Спартака, но тот, перейдя в наступление, разбил его легатов и захватил весь обоз. Затем он двинулся к Альпам, навстречу же ему во главе десятитысячного войска выступил Кассий, наместник той части Галлии, что лежит по реке Паду. В завязавшемся сражении претор был разбит наголову, понес огромные потери в людях и сам едва спасся бегством.

10. Узнав обо всем этом, возмущенный сенат приказал консулам не трогаться с места и поставил во главе римских сил Красса. За Крассом последовали многие представители знати, увлеченные его славой и чувством личной дружбы к нему. Сам он расположился у границы Пицена, рассчитывая захватить направлявшегося туда Спартака, а легата своего Муммия во главе двух легионов послал в обход с приказанием следовать за неприятелем, не вступая, однако, в сражение и избегая даже мелких стычек. Но Муммий, при первом же случае, позволявшем рассчитывать на успех, начал бой и потерпел поражение, причем многие из его людей были убиты, другие спаслись бегством, побросав оружие. Оказав Муммию суровый прием, Красс вновь вооружил разбитые части, но потребовал от них поручителей в том, что оружие свое они впредь будут беречь. Отобрав затем пятьсот человек – зачинщиков бегства и разделив их на пятьдесят десятков, он приказал предать смерти из каждого десятка по одному человеку – на кого укажет жребий. Так Красс возобновил бывшее в ходу у древних и с давних пор уже не применявшееся наказание воинов, этот вид казни сопряжен с позором и сопровождается жуткими и мрачными обрядами, совершающимися у всех на глазах.

Восстановив порядок в войсках, Красс повел их на врагов, а Спартак тем временем отступил через Луканию и вышел к морю. Встретив в проливе киликийских пиратов, он решил перебраться с их помощью в Сицилию, высадить на острове две тысячи человек и снова разжечь восстание сицилийских рабов, едва затухшее незадолго перед тем: достаточно было бы искры, чтобы оно вспыхнуло с новой силой. Но киликийцы, условившись со Спартаком о перевозке и приняв дары, обманули его и ушли из пролива.

Вынужденный отступить от побережья, Спартак расположился с войском на Регийском полуострове. Сюда же подошел и Красс. Сама природа этого места подсказала ему, что надо делать. Он решил прекратить сообщение через перешеек, имея в виду двоякую цель: уберечь солдат от вредного безделья и в то же время лишить врагов подвоза продовольствия. Велика и трудна была эта работа, но Красс выполнил ее до конца и сверх ожидания быстро. Поперек перешейка, от одного моря до другого, вырыл он ров длиной в триста стадиев, шириною и глубиною в пятнадцать футов, а вдоль всего рва возвел стену, поражавшую своей высотой и прочностью. Сначала сооружения эти мало заботили Спартака, относившегося к ним с полным пренебрежением, но когда припасы подошли к концу и нужно было перебираться в другое место, он увидел себя запертым на полуострове, где ничего нельзя было достать. Тогда Спартак, дождавшись снежной и бурной зимней ночи, засыпал небольшую часть рва землей, хворостом и ветками и перевел через него третью часть своего войска.

11. Красс испугался; его встревожила мысль, как бы Спартак не вздумал двинуться прямо на Рим. Вскоре, однако, он ободрился, узнав, что среди восставших возникли раздоры и многие, отпав от Спартака, расположились отдельным лагерем у Луканского озера. (Вода в этом озере, как говорят, время от времени меняет свои свойства, становясь то пресной, то соленой и негодной для питья). Напав на этот отряд, Красс прогнал его от озера, но не смог преследовать и истреблять врагов, так как внезапное появление Спартака остановило их бегство. Раньше Красс писал сенату о необходимости вызвать и Лукулла из Фракии и Помпея из Испании, но теперь сожалел о своем шаге и спешил окончить войну до прибытия этих полководцев, так как предвидел, что весь успех будет приписан не ему, Крассу, а тому из них, который явится к нему на помощь. По этим соображениям он решил, не медля, напасть на те неприятельские части, которые, отделившись, действовали самостоятельно под предводительством Гая Канниция и Каста. Намереваясь занять один из окрестных холмов, он отрядил туда шесть тысяч человек с приказанием сделать все возможное, чтобы пробраться незаметно. Стараясь ничем себя не обнаружить, люди эти прикрыли свои шлемы. Тем не менее их увидели две женщины, приносившие жертвы перед неприятельским лагерем, и отряд оказался бы в опасном положении, если бы Красс не подоспел вовремя и не дал врагам сражения – самого кровопролитного за всю войну. Положив на месте двенадцать тысяч триста неприятелей, он нашел среди них только двоих, раненных в спину, все остальные пали, оставаясь в строю и сражаясь против римлян.

За Спартаком, отступавшим после этого поражения к Петелийским горам, следовали по пятам Квинтий, один из легатов Красса, и квестор Скрофа. Но когда Спартак обернулся против римлян, они бежали без оглядки и едва спаслись, с большим трудом вынеся из битвы раненого квестора. Этот успех и погубил Спартака, вскружив головы беглым рабам.

Они теперь и слышать не хотели об отступлении и не только отказывались повиноваться своим начальникам, но, окружив их на пути, с оружием в руках принудили вести войско назад через Луканию на римлян.

Шли они туда же, куда спешил и Красс, до которого стали доходить вести о приближавшемся Помпее; да и в дни выборов было много толков о том, что победа над врагами должна быть делом Помпея: стоит ему явиться – и с войной будет покончено одним ударом.

Итак, Красс, желая возможно скорее сразиться с врагами, расположился рядом с ними и начал рыть ров. В то время как его люди были заняты этим делом, рабы тревожили их своими налетами. С той и другой стороны стали подходить все большие подкрепления, и Спартак был, наконец, поставлен в необходимость выстроить все свое войско. Перед началом боя ему подвели коня, но он выхватил меч и убил его, говоря, что в случае победы получит много хороших коней от врагов, а в случае поражения не будет нуждаться и в своем. С этими словами он устремился на самого Красса; ни вражеское оружие, ни раны не могли его остановить, и все же к Крассу он не пробился и лишь убил двух столкнувшихся с ним центурионов. Наконец, покинутый своими соратниками, бежавшими с поля битвы, окруженный врагами, он пал под их ударами, не отступая ни на шаг и сражаясь до конца.

Хотя Красс умело использовал случай, предводительствовал успешно и лично подвергался опасности, все же счастье его не устояло перед славой Помпея. Ибо те рабы, которые ускользнули от него, были истреблены Помпеем, и последний писал в сенат, что в открытом бою беглых рабов победил Красс, а он уничтожил самый корень войны. Помпей, конечно, со славою отпраздновал триумф как победитель Сертория и покоритель Испании. Красс и не пытался требовать большого триумфа за победу в войне с рабами, но даже и пеший триумф, называемый овацией, который ему предоставили, был сочтен неуместным и унижающим достоинство этого почетного отличия. Чем пеший триумф отличается от большого и о названии его говорится в жизнеописании Марцелла <…>

hobbibook.ru

К истории восстания Спартака в Древнем Риме

Журнал: Вестник древней истории, №1, 1937 годАвтор: проф. А.В. Мишулин

I

Как, нам известно, что первый, кто серьёзно поставил в науке вопрос изучении восстания Спартака — Шамбах — не привлекал ещё в достаточной полноте дошедших до нас — порою в весьма фрагментарном виде — известий древних писателей и многих из них автор — то, вероятно, и не знал. Шамбах (Sсhambасh Otf. — Der Italischе Sclavenaufstand 74-7:1 v. Chr., Progr., Halberstadt, 1872) основное внимание уделил в своей небольшой работе вопросу об отправной дате выступления Спартака, выдвигая при этом дату 74 г. до н.э. Только в этой, пожалуй, связи и представляет известный интерес данная работа, незаслуженно потом забытая наукой.Занимавшийся потом Спартаком другой немецкий исследователь, Мюнцер, главное своё внимание уделял вопросу о первом, с римской стороны, командире, выступившем против Спартака (Munzer — Der erste Gegner des Spartacus. «Philologust», Bd. 55,1897, S. 387). И вэтой работе разбиралась одна, правда, интересная деталь из истории восстання Спартака, но исследование самой истории этого восстания автора не занимало. Даже в сводной позднейшей своей статье — «Spartacus». Realenzyclop. Pauly-Wissowa-Kroll, 1929 — Мюнцер не дал анализа истории выступления Спартака и его борьбы с Римом.В систематическом плане изложение борьбы рабов под руководством знаменитого фракийца даётся в принадлежащей концу XIX в. работе Гартвига (Нartwig — Der Sclavenkrieg des Sparlacus. Progr. 1894; эта работа была переиздана в 1919 г. в Берлине). Но эта брошюра очень кратка, популярна и чужда объектинно-историческому исследованию. Поэтому неудивительно, что более обстоятельном сложением истории Спартака вплоть до последнего времени оставалась почти полтораста лет назад написанная монография Мейснера (Meissner, A.G. — Sparlacus, 1793. Berlin, Ed. II — 1800), точно так же, как о сицилийских восстаниях до выхода кнпгг К. Бюхорa (Karl Вuchier — Die Aufstande der unfreie Arbciter 143-129 v. Chr., Frankfurt a. M. 1874) долгое время бщим пособием являлась работа Скрофани (S. Scrofani — Des Sclavenkrieg in Sicilien, «Enropaische Annalcn», 1807, Bd. III, перевод работы по-французски: «Histoire de la guerre des eselaves en Sieilsous les Romains», traduil par J. Naudet, Paris. 1807). Отдельные работы о Спартаке или касавшиеся истории Спартака в той или иной связи (как, например, Rathke — De romanorum bellis servilibu Diss. Berlin, 1904) не только не разрешают отдельных спорных вопросов, но даже и не всегда ставят их перед наукой, не проявляют интереса к собиранию источников о Спартаке и, главное, в историческом у плане не вскрывают нам социальную значимость факта всеитальянского восстания рабов в общих условиях Римской республики 70-60-х годов до н.э.Скромная попытка поставить интересующие нас вопросы спартаковского восстания принадлежит автору настоящей заметки в его докладе, отпечатанном в «Известиях ГАИМК» №76, 1934 г. (А.В. Мишулин — Восстание Спартака в древнем Риме). Однако тогда чувствовалось ещё недостаточное ознакомление аудитории с материалами о Спартаке, и потому, к сожалению для докладчика, не удалось организовать обсуждение интересовавших его вопросов.Следующим шагом в изучении поднятых вопросов явилась публикация более обстоятельной работы, хотя и написанной в популярном плане, но включавшей по возможности все известные нам источники по интересующему вопросу. Эта моя работа (см. «Спартаковское восстание», Соцэкгиз, Москва, 1936) имела своим назначением не только популяризацию истории знаменитого восстания рабов, но и подготовку читателя к обсуждению вопросов, в правильности разрешения которых автор недостаточно был уверен.В результате предварительного обсуждения данной работы выделялись и принимали остроту преимущественно чисто социологические, отвлечённые вопросы: кого было больше в восстании, рабов или свободных крестьян? Кого следует поставить на первое место в своей революционной целеустремлённости, тех или других? И, наконец, почему потерпел поражение Спартак — потому ли, что непоследовательны в борьбе были рабы, желавшие покинуть Италию, или потому, что свободные крестьяне, требовавшие разрешения выдвигаемой ими проблемы аграрной революции, не уходя из Италии, оставались в пределах её и не поддерживали Спартака?Наиболее интересным вопросом для исследователя должно стать изучение тех конкретных исторических условий, которые определи, в спартаковском восстании как различие планов рабов и свободны пролетариев в борьбе с Римом, так и отсутствие тех форм смычки совместной революционной борьбы по единому плану, что представляется возможным проследить лишь позднее, именно в конце Римской империи.

II

Придавая известное значение и этим общим вопросам, мы, однако, полагаем, что правильное их решение может быть осуществлено лишь при одновременном детальном научном изучении ряда отдельных, во многом ещё не исследованных сторон спартаковского восстания.Поэтому, оставляя в стороне общие вопросы, постановка которых в достаточной степени дана в вышеназванной работе, мы попытаемся в рамках настоящей статьи остановиться на некоторых специальных вопросах из истории восстания Спартака.К числу этих вопросов мы намерены отнести следующие для настоящего рассмотрения: 1) вопрос о происхождении Спартака, что остаётся в науке недостаточно выясненным; 2) вопрос о социальном составе армии Спартака в связи с не привлекавшимся до сих пор свидетельством Андиана в его «Mithridatcios» (109, 15-20) и 3) вопрос хронологии восстания и о некоторых археологических данных в истории Спартака. По каждому из этих вопросов постараемся привлечь данные, ещё не использованные для истории Спартака.Что касается первого вопроса, то и в источниках, и в последующей историографии нет на этот счёт окончательного и категорического ответа. Если в источниках всюду подчёркивается чужеземное, негреческое происхождение Спартака (Σπάρτακος Θράε άνήρ…), то в новой историографии считали возможным утверждать, что он происходил из царского рода Спартакидов, пользовавшихся во Фракии и Пантикапее царскими почестями» или во всяком случае противостоял своей гениальностью «сбродной армии» рабов (Г. Ферреро — Величие и падение Рима, т. I, стр. 159, русск. пер. 1915 г.). Впрочем, некоторые, как, например, А. Валлон, находили возможным говорить о нумидийском происхождении Спартака (Sparlacus Thrace de nation, Nnmide de race»), не имея для этого какой-либо опоры в наших источниках (A. Wallon — Histoire des Esclavage, v. II, p. 311).Неясно также, как Спартак попал к римлянам. По Флору, Спартак был «солдатом из фракийских наёмников», — т.е. вероятно, в римской армии, — но потом дезертировал (Flor. VII, 20,8-10). По Аппиану же, Спартак, наоборот, «воевал с римлянами, но потом попал в плен» (App. — Hist. Rom., I, 116, 10-15). Это противоречие в источинках не разрешается и другими указаниями источников, отмечающих несправедливость обращения Спартака в гладиаторы (Рlut. — Crass. 8, Varro — Frag. Haris). Очевидно, эти неясности несколько подрывали ту версию в источниках, согласно которой Спартак по происхождению являлся чужеземцем, и если признавалось фракийское его происхождение, то непременно с царской генеалогией рода Спартакидов из Фракии или из Пантиканеи.У нас нет никакого основания отходить от того положения Плутарха, которое утверждает происхождение Спартака из номадов-фракийцев. Это положение может быть подкреплено некоторыми соображениями о происхождении самого имени Спартака. Обычно это имя считалось мифологического происхождения и допускалось, что Спартак мог носить это имя в качестве клички, будучи уже рабом. О мифологичности этого имени действительно имеются некоторые основания судить, поскольку из греческой мифологии нам известно, что одним из сыновей Зевса и нимфы Гималии на Родосе был Спартайос (… δτε δή και Ζευς λέγεται κατά ττεπολεμηκώς Τιτάνας, έρααίΐη ι μιας των νυμφών Ίμαλιας ονομασμένης, και τ:εΐς il αύτης τεκνώ^α: παΐδας, Σπαρταΐον, Κρόνιον, Κύτον. Diod. V, 55,5, — В самом деле Зевс, говорят, победив титанов, влюбился в одну из нимф, по имени Ималия, и породил от неё трёх сыновей — Спартэя, Кронття и Кита).Близость имён Спартайос и Спартак не нуждается в пояснении. Но эта близость имён даёт нам очень мало, тем более, что невозможна было бы, с нашей точки зрения, вести происхождение имени Спартака от малопопулярного в Греции мифологического Спартэя из Родоса. Близость в двух именах скорее только семантического порядка, поскольку в основе этих имён лежит глагол σπείρω (сею), что для имён даёт значение «посеянный» или «произросший».Гораздо ближе мы подойдём к разрешению вопроса о происхождении имени Спартака на основе другой греческой легенды о так наз. спартах, т.е. туземном племени в Беотии и, вероятно, севернее (во Фракии). Согласно этой легенде, Кадму в Беотии пришлось столкнуться с драконом, охранявшим источник воды в честь Арея. Кадм убил дракона и но совету богини Афины зубы этого дракона посеял. Из этих зубов выросли гиганты, хорошо вооружённые исполины, которые и получили название σπαρτοί, т.е. «посеянные». У Аполлодора даются имена этих спартов (Apo1., III, 431), указывающие на значение последних, как сынов земли. Сила этих спартов, по греческой мифологии, была столь велика, что Кадму пришлось выдержать упорную борьбу с ними. Несмотря на то, что род Кадма породнился со спартами («посеянными»), в конце концов спарты изгоняют Кадма и весь его род. В Беотии опять начинают господствовать туземные племена спартов (Apo1 I., III, 5, 8), В этой греческой легенде стараются видеть неудачную попытку колонизации со стороны финикиян областей Фракии и Беотии, где местные племена дают отпор этой попытке. Как бы то ни было, для пас представляет большой интерес это сказание о народе «спартов», поскольку под этим мифом можно вскрыть и некоторые исторические корни. Мы можем вполне допустить, что какие-то первобытные племена под именем спартов действительно обитали на севере Греции. За это говорит не только основанный, согласно мифологии, выходцами с севера Греции город Спарта, но и некоторые данные самого севера Греции. Дело в том, что из сообщений Фукидпл и Ксенофонта нам известен город Спартол (Σπάρτολος, Thuk., II, 79: Xenoph. — Hell., V, 3,6) в Македонии, на полуострове Халкидика. Происхождение этого названия македонского города, несомненно, может быть связано с поселениями здесь в древнейшее время племён спартов. Но любопытнее всего то, что нам известно такое же название одного из поселений во Фракии, на родине Спартака, Стефан Византийский под именем Σπάρτακος; указывает на город этого названия во Фракии. Причём трудно заподозрить сведения Стефана Византийского как позднего автора, потому что он при этом ссылается на соответствующие данные Эратосфена (Gal. II), под которым Обергуммер рекомендует подразумевать не знаменитого географа, а историка (Realenzycl. Pauly — Wissowa, В. VI, Sp. 388). Весьма возможно, что в глубокой древности на малоизвестном севере Греции, во Фракии, действительно существовал такой город или поселение с названием Σπάρτακος. Но не только в глубокой древности такие названия, как Спартол или Спартакос, могли связываться с обитавшими там племенами спартов. Нам известно, что в исторические, не вызывавшие сомнений времена народы Беотии продолжали ещё вести свою родословную от племён спартов. Любопытен с этой точки зрения тот факт, что после гибели Эпаминонда на могиле его была установлена мраморная доска с изображением дракона, указывавшего, по свидетельству Павеания, на происхождение Эпаминонда от дракона, от так наз. «спартов» (Paus., VIII, 11, 8).Таким образом, не остаётся никакого сомнения в том, что происхождение имени вождя всеиталийского восстания рабов связано не с мифологией, а с этническим именем спартов. Версия Плутарха о том, что Спартак был выходцем из фракийских номадов, вполне реальна. Обитая на севере Греции, эти «спарты» или «рассеянные» номады делали набеги и на Северное Причерноморье; возможно даже, что династия Спартакидов в Пантикапее была связана с каким-нибудь захватом царского престола племенами этих спартов. Во всяком случае у нас есть данные для такого предположения.С 80 г. и до самой середины 60-х гг. до н.э. с Римом вёл упорную и долгую войну Митридат Понтийский. В сущности это была не только и не столько война, сколько широкое восстание различных племён, поднятых Митридатом против Рима. Известно, что до 70-х гг. до н.э. Митридат был господином положения на Балканском полуострове и поднял на свою сторону различные племена Греции, в том числе и фракийцев. Тогда возможно, что Спартак во главе фракийских племён был на стороне Митридата, был наёмником в его войсках и воевал против Рима. При таком допущении ликвидируется вышеотмеченное противоречие в свидетельствах Аппиана и Флора. При пашей поправке к сообщению Флора версия Аппиана получает подтверждение: «Спартак воевал с римлянами, но потом попал в плен» (App., I, 116, 10-15).Так разрешается первый вопрос о происхождении Спартака и о некоторых противоречиях в наших источниках. Перейдём к следующему вопросу.

III

В исторической литературе установился обычай считать, что восстание Спартака являлось чисто рабским по составу принимавших в нем участие. В своей работе нам уже приходилось опровергать эту точку зрения, незаслуженно распостранившуюся среди широкого круга специалистов и читателей. Известные места из Аппиана, рассказывающего нам о присоединении к Спартаку ελευθέρους έκ των αγρών «свободных крестьян с полей» (App., I, 116,10), а также ουγλύδες; — «всяких присоединявшихся попутно» (App. I, 116) и αυτόμολο — «перебежчиков» (App. 1, 116), которыми могли быть только свободные; притом, главным образом, из римских крестьян; наконец, свидетель ство позднего автора Фомистия (VII, 8 с, d) о присоединении к Спартаку толп свободного народа из италийцев, желавших перемен, существующего строя, — всё это должно говорить о наличии в армии рабов и свободных мелких производителей, италийского крестьянства.Установление этого факта имеет для нас двоякое значение. В-первых, это позволяет нам ваять под сомнение античную традицию том, что раскол в армии Спартака произошёл на этнической основе, на почве «национального» антагонизма между эллинами, с одной стропы, и германцами с кельтами — с другой. Во-вторых, установление вышеотмеченного факта позволяет нам поставить вопрос, не произошёл ли раскол на почве различия планов борьбы: рабов, отстаивавших план выхода из Италии, и свободных италиков, отстаивавших план борьбы с Римом в пределах Италии?Что касается античной традиции, выраженной, главным образом, в свидетельствах Т. Ливия и Саллюстия, то она подрывается уже некоторыми неясностями в самих источниках. Интересно, чт такой, например, автор, как Аппиан, вообще не говорит о разногласиях у Спартака; он ограничивается только указанием, что группа спартаковцев в 10000 человек почему-то стояла отдельно от своих (App. Т. 118. 25). А Плутарх, хотя и говорит кратко об отделении группы спартаковцев вследствие «своеволия и гордости», имея в виду здесь германцев и кельтов, тем не менее в другом месте ясно указывает на следование галлов (следовательно, и германцев, ибо и т-и другие у римлян считались, как родственные пароды) за Спартакам на север, с целью возврата на родину (Plut, — Grass, 9). Вряд ли в последнем случае мы имеем у Плутарха какую-то описку или неточность, ибо о желании этих пародов выйти из Италии вместе с греками говорит почти в тех же выражениях и Аппииан (App., I, 117, 15)Следовательно, галлы и германцы, как свидетельствуют эти два наших основных источника, были у Спартака вместе с эллинами, и трудно говорить тут о какой-то «этнической расовой розни», которую со времён Моммзена утверждала буржуазная наука.И если некоторая часть германцев и галлов действительно отделилась от Спартака и не пошла с остальными своими сородичами на родину, то это могло быть не потому, что у них были какие-то «национальные» или расовые соображения, а просто потому, что они хотели бороться с Римом совместно с теми, которые мыслили эту борьбу на италийской земле, ибо на ней они жили и за неё боролись.Спрашивается, кто это могли быть такие? Несомненно, что это могли быть только италийцы, мелкие крестьяне, вольноотпущенники, рабы из италиков, а также здесь могли быть и те галлы с германцами, у которых на родине ничего не оставалось и которые успели обжиться в Италии. Для этих последних родиной могла тать всякая страна, где только удавалось получить землю и жизненные условия существования. За эту землю они с правом могли выступить плечом к плечу с италийским крестьянином и римским рабом.Любопытнее всего то, что известные нам имена вождей, отделившихся от Спартака, также не могут подтверждать античную традицию о расколе спартаковской армии. Как выяснено в моей работе, только Ганннк — имя галльского происхождения. Что касается Крикса, то это осскское имя. А имя Каста, как это позволяет нам судить справка из Thesaurus Linguae Latinae (Supplem. Nomina propria, II, p. 231-252), является типичным италийским именем; оно было также — ходу в среде мелкого провинциального населения италийцев. Что под этим негерманским именем непременно скрывались германцы и галлы, следует ещё доказать.Для подтверждения того, что причина раскола в армии Спартака была не этнически-расовая, а социальная, мы приведём ещё одно свидетельство Аппиана, которое обычно не привлекалось и которое не включено в состав опубликованных мною документов о Спартаке. Мы имеем в виду известное место в «Mithridateios», где говорится, что Митридат хотел поступить, как Ганнибал в своё время, т.е. заключить союз с галлами против Рима и заручиться поддержкой «многих» в Италии, отделившихся от римлян вследствие ненависти к ним. Далее даже говорится буквально, что Митридат знал «об отделении почти всей Италии от Рима во главе со Спартаком»: И он знал, что вот недавно почти вся Италия отделилась (отпала) от римлян вследствие ненависти к ним и была долгое время в войне с ними, восставши против них во главе с гладнатором Спартаком, человеком по положению без всякого значения.Это место Аппиана достаточно убедительно говорит о том, что у Спартака были не одни рабы. Из контекста мы видим, что Митридат, по сообщению Аппиана, представлял себе восстание Спартаки, как отделение почти всей Италии от римлян. Причём, это не одно только представление Митридата. Аппиан, передавая здесь Митридата без оговорок, очевидно, вполне согласен с этим выводом. Несколькими строками выше Аппиан даже сравнивает такое отделение «почти всей Италии» с тем, что было во времена Ганнибала. Ведь тогда «многие в самой Италии из ненависти к римлянам присоединились к нему», т.е. Ганнибалу (App. — Mithr., 109, 13). Как известно, на сторону Ганнибала переходили вовсе не рабы, а подчинённые Риму народы; именно зная о ненависти италийцев к Риму, Митридат решился пойти на поддержку Спартака, что в своё время отметил ещё Валлон («Hist, do l'esclavage», v. II, прим. 7 к гл. VIII,5). Это находится в полном соответствии с теми местами из «Гражд. войн» Аппиана, где говорится о переходе на сторону Спартака перебежчиков — солдат римской армии, свободных с полей и о всяких присоединявшихся.Таким образом, документ, до сего времени ещё не использованный, подтверждает нашу точку зрения, развитую в «Спартаковском восстании». Это позволяет теперь более категорически ставить вопрос о социальной базе разногласий в армии Спартака в противоположность трактовке этнически-расового антагонизма в среде восставших. Перейдём к следующему вопросу.

IV

Одним из специальных вопросов истории Спартака является хронология восстания. В исторической науке бездоказательно фигурирует 73 г. до н.э., как отправная дата восстания. Между тем. Евтропий даёт нам 74 г. в противоположность Орозию, дающему 73 г.: в своей работе мы предпочли 74 г., как это ещё доказывал Шамбах («Deritalisehc Sclavenaufstand 74-71 v. Chr.», 1872). Дело в том, что дата 73 г. противоречит данным Аппиана о посылке Красса против Спартака «на третий год войны» и свидетельству Евтропия, что «на исходе третьего года войне был положен конец».Несколько помогает разобраться в этом вопросе показание Акрона в схолиях к Горацию. Поскольку этот источник по данному вопросу ещё не привлекался, позволим себе привести его полиостью: Gladiat fuit Spartacus; hie cum sepluaginla quattuor sociis similis conditior..-e ludo fugiens dux factus per qualluor annos adyersurn Romanos be la plura instauravit. Idem nullam (se?) repositionem [eum] evade potuisse commemoravit. Hunc postea Pompeius oppressit… (Acronise Porphyrionis commentarii in Q. Horatium Flaccum. Vol. I. In can III, 14). (Спартак был гладиатором; вместе с 74 товарищами того же состояния он бежал из гладиаторской школы; он был их вождь и в течение четырёх лет, сражаясь против римлян, произвёл много опустошений. Поэтому (Гораций и) упоминает, что ничто (от него нельзя было укрыть. Впоследствии его (Спартака) подавил Помпей…).В этом свидетельстве интересно указание Акрона о четырёх годах борьбы рабов против римлян. Откуда он мог взять эти данные? Какими источниками мог вообще Акрон пользоваться? Как автор конца II в. н.э. Акрон, конечно, мог иметь и Т. Ливия, и Саллюстия. Одно это обстоятольство заставляет нас полагать, что Т. Ливнем н Саллюспием безусловно Акрон пользовался. Дело в том, что он говорит о 74 гладиаторах, поднявшихся вместе со Спартаком. Эту цифру называют только Саллюспий и Т. Ливий, если не считать Орозия, который писал намного позднее Акрона (Орозий, впрочем, в основном использовал Ливия). Все другие авторы говорят или о 70 (Апииан, Август) или о 78 (Плутарх) или 64 (Веллей Патеркул) или даже о 30 (Флор) гладиаторах. Таким образом, сведения для комментирования Горация Акрон, повидимому, черпал из Саллюстия и Т. Ливия, т.е. из довольно надёжных источников.Но тогда спрашивается, о каких четырёх годах войны сообщает нам этот автор? Этот вопрос возможно разрешить только при условии, если принять за начало восстания 74 г. до н.э., а за конец войны принять 70 г., когда по сообщению Цицерона (in Verr. II, 78-99) и Орозия (V, 23-24), несмотря на гибель Спартака, остатки его армии ещё давали себя знать на юге Италии в последних больших столкновениях с римскими командирами.Только в этом плане сообщение Акрона приобретает свой смысл и может быть приведено в соответствие с событиями из истории восстания Спартака.

V

Последний вопрос связан с исследованием археологических памятников о Спартаке. Несомненно, что восстания рабов в древнем Риме не могли не оставить своего следа на памятниках материальной культуры. Различные надписи, монеты вождей восстания, следы их организаторской и военной работы, несомненно, не могли не остаться. Известно, что вождь первого сицилийского восстания рабов Эви, принявший титул царя Антиоха, выпускал свои монеты.Во время восстания Савмака на Боспоре чеканились монеты с надписью basi [leus] Sau [maku], о чём говорят три дошедшие до нас монеты (см. акад. С.А. Жебелев — Первое революционное восстание на территории СССР в «Сообщ. ГАИМК» №9-10, 1932, а также — «Последний Перисад и скифское восстание на Боспоре», «Известия ГАИМК», вып. 70, 1933).В отношении Спартака мы имеем пока очень ограниченный материал в памятниках материальной культуры. В 1927 г. в «Notizie degliscavi» было опубликовано сообщение о находке в Помпеях фресок с изображением сцен битвы Спартака с римским командиром. Соответствующую интерпретацию этой картины дал Леманн-Гартлебен («Ein hislorisches Gemaido in Pompei», «Forschungen in.: Fortschritte», №3, 1928). Иная интерпретация этой картины дана в моей статье «Последний поход Спартака и его гибель» («Проблема истории докапиталистического общества», №7-8,1935, изд. ГАИМК и в работе «Спартаковское восстание» (Соцэкгиз, 1936). Не возвращаясь к интерпретации этого археологического памятника о Спартаке, следует подчеркнуть особый его интерес. Плохая сохранность этого памятника (стёрты надписи к изображённым сценам) оставляя открытым вопрос об исчерпывающей интерпретации этого памятника.О Спартаке мы имеем ещё один недостаточно выясненный памятник — монету, отчеканенную А. Лицинием, с изображением якобы: М. Красса, поражающего поверженного на колени Спартака. Эта монета для широкого пользования была опубликована Вейсиром, причём последний дал к ней надпись «Tod des Spartacus» (см. «Bilder-Atlas zur Weltgeschichle» von prof. L.Weisser, Stuttgar. Taf. 11). Лицевую сторону этой монеты мы приводим здесь так, как она дана у Вейссера. Отсутствие под руками соответствующих нумизматических собраний Морелли не позволило нам детально ознакомиться с интересующей нас монетой и проверить Вейссера.Что касается комментариев, то Вейссер говорит следующее об изображении на этой монете. Она отчеканена, как было выше указан А. Лицинием в память отважных подвигов его родственника Лициния Красса Dives. Монета изображает знаменитую битву при Саларе (am Silarus. 71 v. Chr.). Спартак сражался, как лев. Покрытый ранами, он пал на колени и продолжал сражаться, пока не был умерщвлён ударами копий. Красс схватывает Спартака за его разевающиеся волосы (Weisser, S. 14).На этом изображении, несомненно, многое остаётся непонятным, и комментарии Вейссера нас удовлетворить не могут. Например, неизвестно, какая связь между А. Лицинием, имя которого отчеканено на монете, и М. Лицинием Крассом. Неизвестно точно, что представляет собой надпись III vir. Вряд ли можно это считать за «триумвират» Красса, как думает Вейссер; скорее это титул А. Лициния (II. vir aaaff). Мог ли А. Лициний спустя много лет после события изобразить на монете сцену битвы со Спартаком?При всём этом монета уже сейчас, когда ещё окончательно на неясны вопросы ответить мы не можем, представляет для нас большой интерес.При сопоставлении изображения Спартака на монете с тем, что даёт в весьма смутных очертаниях помпейская живопись, можно уловить некоторое сходство в контурах головы. Большая голова Спартака на картине даёт изображение разбросанных волос так, как это примерно выглядит и на монете в честь Красса. Дальнейшее поучение поможет более чётко восстановить изображения как на картине, так и на монете, и изучить в деталях эти два единственных археологических памятника древности, имеющих прямое отношение к истории Спартака.

bagira.guru

Восстание Спартака

Восстание Спартака произошло в Италии в 73-71 г. до н.э. Бунт рабов начался в Капуе с заговора гладиаторов школы Батиата. Около 70 заговорщиков под руководством Спартака бежали на Везувий. Укрепившись там, беглые рабы начали совершать набеги на богатые имения Кампании. Отряд быстро пополнялся беглыми рабами и вскоре насчитывал уже около 10 тысяч человек. Направленные против них трехтысячный, а затем десятитысячный отряды римлян были разбиты повстанцами.

Из Кампании восстание быстро перекинулось в южные области - Луканию, Апулию и Бруттий. Армия Спартака к этому времени стала более организованной, была установлена воинская дисциплина, у рабов появилось оружие, захваченное у римлян. К тому же, в самом лагере было налажено производство оружия самими рабами. Армия Спартака была построена по образцу римской. Восстание Спартака отличалось от всех восстаний рабов на Сицилии тем, что предводитель не объявил себя царем, передав решение всех дел военному совету командиров и собранию воинов.

В 72 году против восставших Римским Сенатом было направлено 2 армии под началом консулов Лентула и Геллия, что означало расценивание Римом ситуации как крайне опасной. Одна из армий смогла уничтожить отделившийся от основных войск 30-тысячный отряд рабов, которым руководил Крикс. Но план окружения спартаковцев римским армиям так и не удалось реализовать. Спартак смог разъединить римские армии и разгромить их поодиночке. Восстание Спартака находится в стадии своей наибольшей силы.

Повстанцы прошли по Адриатическому побережью всю Италию. Достигнув провинции Цизальпинская Галлия они смогли в битве при Мучине уничтожить войска проконсула Кассия. По всей вероятности, Спартак стремился вывести свою армию за пределы Италии. Но после победы, одержанной над Кассием, он неожиданно повернул армию обратно, на юг, и пошел вдоль побережья Адриатики.

В это время Сенат набрал 6 новых легионов и соединил их с уцелевшими консульскими войсками. Римская армия в это время насчитывала около 40 тысяч человек. Командующим был назначен богатейший рабовладелец Лициний Красс, который смог восстановить в своих войсках дисциплину и начал преследование рабов, которыми руководил Спартак. Восстание на какое-то время перешло в стадию затишья.

Спартак стремился попасть в Сицилию, чтобы договориться с пиратами о поставке им кораблей. Ему удалось дойти до Мессинского пролива, но расчет на пиратов провалился: рабы кораблей не получили. Крассу же удалось отрезать спартаковскую армию на этом участке суши, прорыв от моря до моря ров, укрепив его и отделив таким образом от остальной Италии.

Чтобы пробиться через укрепления, спартаковской армии пришлось приложить много усилий и потерять около 2/3 своего состава. Восстание Спартака в это время переживало одну из наиболее сложных стадий. Однако повстанцы смогли быстро пополнить свою армию, вновь доведя ее до 70 тысяч. Спартаковцы направились к Брундизию, планируя уйти в Грецию. В ответ Сенат направил им навстречу испанскую армию Помпея Гнея и отряд из Фракии под началом Марка Лукулла. На границе Лукании и Апулии произошло решающее сражение повстанцев с армией Красса. В битве погибло около 60 тысяч рабов, среди которых был и сам Спартак. Оставшиеся в живых (около 6 тысяч) были распяты вдоль дороги из Капуи и Рим. Разрозненные отряды рабов продолжали сражения в разных частях Италии еще несколько лет после подавления восстания.

Восстание Спартака, история которого является одной из самых впечатляющих среди восстаний древности, было, однако, изначально обречено на провал, потому что в это время рабовладельческий строй переживал свой расцвет, для уничтожения рабства не было предпосылок. Рабы же были разделены на классы (сельские, городские, интеллигенция), поэтому имели разные интересы, что помешало им выработать единую программу. Однако это восстание было очень важным в истории Римской империи: оно ускорило возникновение мощной централизованной империи, поскольку рабовладельцы осознали, насколько необходима сильная государственная власть для предупреждения подобных бунтов.

fb.ru